Соборы в старочеркасске

Воскресенский войсковой собор — первый на Дону каменный собор, построенный в 1719 году в городе Черкасске (сейчас — станица Старочеркасская) в Ростовской области (Россия). Вплоть до 1805 года Воскресенский собор являлся главным храмом Войска Донского.


Вид собора в 2006 году. Фото: Андрей Урицк

В 1650 году, по данному в Азовском сидении (оборона Азова донскими и запорожскими казаками от турецкой армии в 1641—1642 годах) обету, казаками был построен деревянный собор, на площади возле которого собирались войсковые круги. Из-за частых пожаров, случавшихся в Черкасске (тогдашнее название города) собор два раза сгорал. Каменный храм строился с 1706 по 1719 годы. Он был возведён во время действия указа Петра I, запрещавшего строительство каменных зданий везде, кроме Петербурга. Однако, в виду политической необходимости, Пётр сам содействовал строительству, помогая деньгами, утварью и, как утверждается, лично принял символическое участие в строительстве, положив на извести несколько кирпичей.


Вид собора в 2008 году. Фото: Михаил Архипов

Воскресенский войсковой собор — это девятиглавый храм высотой 49 метров, построенный неизвестным архитектором в стиле украинского барокко. Возле храма возведена колокольня высотой 48,5 метров. Колокольня возведена по образцу строившихся в Москве восьмигранных шатровых колоколен и состоит из четырёх частей: подклета (подвала), четверика, восьмерика и увенчанного крестом восьмигранного шатра. На первом и втором этажах колокольни в 1744—1857 годах хранился войсковой казачий архив, а в подклете долгое время держали преступников. С трёх сторон собор окружён пристроенной несколько позже двухъярусной галереей — гульбищем, визуально связавшей его с архитектурой казачьих куреней Черкасска.


Вид собора в 2008 году. Фото: Михаил Архипов


Вид собора в 2010 году. Фото: Иван Загайнов

Пятиярусный позолоченный резной иконостас размером 19×23 метра содержит в себе 149 икон середины XVIII века, выполненных московским иконописцем Егором Ивановым Греком. Напротив средних царских врат собора (перед иконостасом) висит отлитое из меди пятиярусное паникадило весом более 550 кг. Считается, что оно было привезено в 1643 году из Предтеченской церкви Азова атаманом Иосифом Петровым. В больших полукруглых окнах окружающей собор галерее (с южной её стороны) раньше стояли нацеленные на задонскую степь пушки. В бытность Черкасска столицей донского казачества, на этой же галерее, в кладовых с сохранившимися и поныне массивными железными дверями, хранились регалии Войска Донского.


Вид иконостаса в 2008 году. Фото: Михаил Архипов

Другие храмы в станице Старочеркасской:

— Соборная церковь Донского Старочеркасского монастыря
— Преображенская церковь
— Храм Донской иконы Божией Матери

Старочеркасский Войсковой собор Воскресения Христова является старейшим храмом не только в Ростовской области. Это самый древний храм на Юге России.

История его строительства связанная с именем Петра I. До 1652 года на Дону вообще не было церквей: в исторических актах первой половины XVII века упоминаются только часовни в Раздорах, Черкасске и Монастырском городке. И только в 1652 году в Черкасске была построена деревянная соборная церковь во имя Воскресения Христова, имеющая четыре придела: Благовещенский, Предтеченский, Алексеевский и Николая Чудотворца. В 1670 году собор сгорел. Казаки заново отстроили его, но грандиозный пожар 1687 года вновь уничтожил.

С наступлением петровской эпохи на Дону велась активная политика подчинения казачества правительству. С этой целью Петр I начал масштабное церковное строительство. По его приказу в главном городе донских казаков заложили каменный Воскресенский собор. До сих пор не выяснена точная дата начала его возведения. Известно лишь, что через год
после пожара, в 1688 году но челобитью донских казаков из Москвы в Черкасск для строительства каменного собора были посланы деньги, церковная утварь, книги.

Можно предположить, что в это время проект каменного собора уже существовал. В 1709 году, как отмечает настоятель Воскресенского собора Григорий Левицкий, Петр I, находясь в Черкасске, «собственными руками положил на алтарной стене несколько камней и залил их известкою». Цель постройки ясна. В планах Петра церковь являлась идеологическим проводником его политики на территории социально бурной — Донской земли.

В 1716 году строительные работы были закончены, однако освящен храм был только 2 февраля 1719 года. Отсрочка с освящением была вызвана тем, что в 1716 году при заключительных работах под центральным куполом сорвался вниз и разбился насмерть подмастерье С. Кондратьев, а смерть в неосвященном храме обычно истолковывалась как дурной знак. Пришлось посылать в Москву за повторной благословенной грамотой, а потом освящение оттягивалось из-за отсутствия штата священнослужителей.

В плане храм представляет собой девятилепестковое здание на мощном подвале-подклете. Пять башен, составленный в виде креста — три по главной оси запад-восток и четырех малых башен, поставленных диагонально к центральному объему, его опоясывает двухъярусное крытое гульбище-галерея, представляет собой сложную вариацию русского деревянного зодчества, получившую распространение на юге России и Украины Простое оформление в виде полуколонн украшает и облегчает суровую мощь стен собора. Купола храма — луковичные. Они характерны для русской культовой архитектуры XVII века. Собор венчают девять покрытых сусальным золотом крестов различной формы и высоты (до 2м 80см).

Судя по многим художественным деталям, храм возводили московские мастера, нередко использовавшие приемы так называемого «украинского барокко». К сожалению, фамилия главного архитектора до сих пор не установлена, но по предположению некоторых специалистов им мог быть Иосиф Дмитриевич Старов.

Золоченый резной иконостас и хоры Воскресенского собора представляет выпуклые вертикальные колонки, покрытые орнаментной резьбой, созданной причудливым переплетением виноградных лоз, уходят ввысь, разграничивая иконы мастеров XVIII века.

Иконостас собора пятиярусный, трехперьевой являет собой специфически русскую форму синтеза архитектуры и станковой живописи. Его высота равняется 19м, ширина — 23м.
В нем в строгой иерархической последовательности расположено 149 икон, из них более сорока икон выполнена в мастерской московского иконописца Егоргия Иванова Грека (две работы Егоргия Грека как ценные реликвии хранятся в Русском музее Петербурга).

Чистые краски живописи, мягкое мерцание позолоты, тихий огонек лампад и горящих свечей обладают необычайной силой эмоционального воздействия. Живопись собора раскрывает систему христианского мировоззрения. Она монументальна и декоративна. Трое царских дверей иконостаса были выполнены из чистого серебра, пожертвованного казаками.

Пол собора был устлан чугунными плитами. Не меньшую ценность представляет живопись под хорами собора. Они выполнены в виде деревянного балкона с балюстрадой, опирающейся на сплошной вогнутый деревянный кронштейн, украшенный карнизами. Живопись хоров состоит из ряда композиций, расположенных на горизонтально стыкованных досках. Она является как бы иллюстрацией к некоторым сюжетам Библии, но выполнена в светской манере. Каждая композиция — а их всего тридцать пять — обрамлена живописным орнаментом красного и охристого цветов. Высота композиции вместе с карнизами — 135 сантиметров, общая протяженность — 55 метров.

Аналогичных хоров с такой живописью в России больше нет.

Как свидетельствуют сохранившиеся надписи, алтарь расписан бывшим послушником Киево-Печерской Лавры, а затем диаконом собора Филиппом Симановичем. Перед иконостасом на мощных цепях висят три бронзовых паникадила XVI11 века, выполненные в стиле барокко и покрытые серебром.

До 1917 года собор был богат драгоценностями. По данным соборного священника.Г. Левицкого, в середине XIX века здесь хранилось около 800 килограммов серебра, 8 килограммов золотых изделий, 226 алмазов, 96 бриллиантов. Часть этого богатства была вывезена за рубеж по приказу атамана А. П. Богаевского, остальное разграблено различными «реквизиционными» командами в 20-годы. Всё то, что увезли за границу эмигранты, сохранилось, а то, что изъяли советские органы — сгинуло безвозвратно.

На трех плитах, положенных в XIX веке, имеются сведения о посещении собора в разное время Александром I, его братом великим князем Михаилом Павловичем и сыном Александра II великим князем Николаем.

Перед западным входом в собор (имеются ещё южные и северные двери) накрепко вмурованная в толщину собора железная цепь, которой был прикован Степан Разин.

Как она сюда попала? Известный историк XIX века Николай Костомаров отметил, что после взятия Кагальницкого городка «Стенька был связан железным ужем». По прибытию в Черкасск Степана Разина заковали освященной цепью и содержали в церковном притворе, надеясь, что только святыня уничтожит его волшебство». В стену вделана мраморная плита с могилы его крестного отца — войскового атамана Корнилия Яковлева.

Колокольня стоит в нескольких десятках метров от собора. Это типичная восьмигранная московская шатровая колокольня, поставленная на четверике. Такие колокольни обычно возводились во второй половине XVII века. Колокольня Воскресенского собора лишена той пропорциональности, которая свойственна церквям Москвы. Здесь шатровый верх крайне мал по сравнению с восьмиугольной башней и основанием колокольни. Архивных источников, подтверждающих хронологию строительства колокольни, пока не обнаружено. Но ряд монографий, посвященных истории Черкасска, позволяет определить время строительства колокольни 1725-1730 годами.

Собор посажен на главной площади Черкасска — на майдане (предыдущие деревянные варианты собора возводились намного ближе к Дону). В объемно-пространственном решении майдана была осознан­но применена асимметричность планировки как одно из средств художественной выразительности — традиционный подход к решению главной площади, характерный для русского кремля XVI-XVII веков. Культовые сооружения — собор и колокольня — были расположены под углом к оси проема выездной башни Богоявленских ворот, что наилучшим образом выявляло объемность зданий и пластику фасадов. На майдане пред колокольней выставлены элементы крепостных ворот и пушек Азовской крепости — память о знаменитом «азовском сидении» донских казаков.

Читайте так же:  Великий устюг успенский собор

Старочеркасский Войсковой собор Воскресения Христова — это единственная в нашей области «холодная» церковь. В таких храмах служба проводилась только по великим праздникам, поэтому они не отапливались. Поддержание нужных температур осуществляется в «холодных» храмах сложной системой вентиляционных каналов в толстых стенах: летом они хранят прохладу, а зимой тепло. В настоящее время этот собор является действующим храмом. Его торжественное освящение после реставрации состоялось 16 апреля 1990 года

Первый Земский собор («Собор примирения»), высшее сословно-представительское учреждение Русского царства, был собран царем Иваном IV в 1548 г. для обсуждения политических, экономических и административных вопросов. Впоследствии такие соборы стали называться Земскими (в противоположность соборам церковным).

ПРИЧИНЫ СОЗЫВА ПЕРВОГО ЗЕМСКОГО СОБОРА

По мнению одних, этот собор был созван царем для борьбы с боярами, против которых Грозный искал опоры в народе8. Это мнение не поддерживается историческими свидетельствами. Напротив, именно в 1550 г. царь всего менее мог думать о борьбе с боярством. К тому времени при посредничестве митрополитов Макария и Сильвестра он сблизился с лучшими людьми из боярства и составил из них круг советников и сотрудников, которые помогали ему в его смелых внешних и внутренних предприятиях. Чувствуя это затруднение, другие исследователи поправляют догадку, прибавляя, что первый земский собор дал царю твердую почву для будущей борьбы с боярством9. Но когда настала эта ожиданная борьба, царь не искал опоры в твердой почве земского собора, а создал для этого новое учреждение совершенно противоземского характера, опричнину. Все, что известно о целях первого земского собора от самого верховного виновника и руководителя его, также не поддерживает догадки о боевых демократических побуждениях, будто бы его вызвавших. […]

Другие исследователи указывают другие причины созыва первого земского собора; эти причины повторяют иногда как подкрепление своей догадки и сторонники противобоярского происхождения этого собора. То были: возникшая с объединением Руси Москвой потребность в общем органе для всей Русской земли, при помощи которого она могла бы заявлять о своих нуждах и желаниях перед образовавшеюся общею верховною властью, необходимость дать общее направление интересам и стремлениям отдельных земщин Московского государства, чтобы могло выработаться сознание целостной общерусской земщины, необходимость для царя вступить в союз с землею, отстранив бояр с пути, который вел к единению царя и земли, ясно понятая царем необходимость непосредственного общения своего с народом, чтобы иметь в нем твердую опору в правительственной деятельности, и т. п.10 Нельзя не признать того удобства этих соображений, что они касаются происхождения соборного представительства вообще, а не первого только собора; трудно объяснить происхождение первого собора отдельно от дальнейших, особенно когда для суждений о первом соборе так мало данных.

Первый собор был созван Иваном IV в пору крайнего правительственного возбуждения царя. Венчание на царство с принятием царского титула, женитьба и вслед за тем страшные московские пожары, народный мятеж, казанские и крымские набеги — все эти треволнения с самого начала 1547 г. поочередно то поднимали, то повергали в уныние его неустойчивый дух. Он долго не мог оправиться от впечатления московских пожаров и через три с лишком года на Стоглавом соборе описывал свой тогдашний испуг с живостью только что пережитой минуты: тогда «вниде страх в душу мою и трепет в кости моя, и смирися дух мой, и умилихся и познах своя согрешения». Тогда он решился покончить и с боярским правлением, и со своей легкомысленной юностью и хлопотливо принялся за государственные дела. Он начал искать вокруг себя людей и средств, которые помогли бы ему поправить положение дел. При таком настроении царя созван был собор 1550 г. До нас не дошло деяния или протокола этого собора, и мы не знаем ни его состава, ни подробностей его деятельности. Но о нем сохранился такой рассказ. На двадцатом году своего возраста царь Иван, видя государство в великой туге и печали от насилия сильных, умыслил всех привести в любовь. Посоветовавшись с митрополитом, как бы уничтожить крамолы и утолить вражду, царь «повелел собрать свое государство из городов всякого чина». В воскресный день царь вышел с крестами на московскую Красную площадь и после молебна с лобного места сказал митрополиту: «Молю тебя, святый владыко, будь мне помощник и любви поборник. Знаю, что ты добрых дел и любви желатель. Сам ты знаешь, что я после отца своего остался четырех лет, а после матери осьми лет». Изобразив затем яркими чертами беспорядки боярского правления в продолжение своего несовершеннолетия, царь вдруг бросил в глаза присутствовавшим на площади боярам запальчивые слова: «О неправедные лихоимцы и хищники, неправедный суд по себе творящие! Какой теперь ответ дадите нам — вы, многие слезы на себя воздвигшие? Я чист от этой крови; ждите своего воздаяния». Потом царь поклонился на все стороны и продолжал: «Люди божии и нам дарованные богом! Молю вашу веру к богу и к нам любовь; ныне нам ваших обид и разорений и налогов исправить невозможно. молю вас, оставьте друг другу вражды и тяготы свои. я сам буду вам судия и оборона, буду неправды разорять и хищения возвращать».

ВНУТРЕННЯЯ РЕФОРМА ГОСУДАРСТВА

Одновременно с казанскими походами Грозного шла его внутренняя реформа. Начало ее связано с торжественным «собором», заседавшим в Москве в 1550—1551 гг. Это не был земский собор в обычном смысле этого термина. Предание о том, будто бы в 1550 г. Грозный созвал в Москве представительное собрание «всякого чина» из городов, признается теперь недостоверным. Как показал впервые И. Н. Жданов, в Москве заседал тогда собор духовенства и боярства по церковным делам и «земским». На этом соборе или с его одобрения в 1550 г. был «исправлен» Судебник 1497 г., а в 1551 г. был составлен «Стоглав», сборник постановлений канонического характера. Вчитываясь в эти памятники и вообще в документы правительственной деятельности тех лет, мы приходим к мысли, что тогда в Москве был создан целый план перестройки местного управления. […] Так как примитивная система кормлений не могла удовлетворять требованиям времени, росту государства и усложнению общественного порядка, то ее решено было заменить иными формами управления. До отмены кормления в данном месте кормленщиков ставили под контроль общественных выборных, а затем и совсем заменяли их органами самоуправления. Самоуправление при этом получало два вида: 1) Ведению выборных людей передавались суд и полиция в округе («губе»). Так бывало обыкновенно в тех местах, где население имело разносословный характер. В губные старосты выбирались обыкновенно служилые люди, и им в помощь давались выборные же целовальники (т. е. присяжные) и дьяк, составлявшие особое присутствие, «губную избу». Избирали вместе все классы населения. 2) Ведению выборных людей передавались не только суд и полиция, но и финансовое управление: сбор податей и ведение общинного хозяйства. Так бывало обыкновенно в уездах и волостях со сплошным тяглым населением, где издавна для податного самоуправления существовали земские старосты. Когда этим старостам передавались функции и губного института (или, что то же, наместничьи), то получалась наиболее полная форма самоуправления, обнимавшая все стороны земской жизни. Представители такого самоуправления назывались разно: излюбленные старосты, излюбленные головы, земские судьи. Отмена кормлений в принципе была решена около 1555 г., и всем волостям и городам предоставлено было переходить к новому порядку самоуправления. «Кормленщики» должны были впредь оставаться без «кормов», и правительству надобны были средства, чтобы чем-либо заменить кормы. Для получения таких средств было установлено, что города и волости должны за право самоуправления вносить в государеву казну особый оброк, получивший название «кормленаго окупа». Он поступал в особые кассы, «казны», получившие наименование «четвертей» или «четей», а бывшие кормленщики получили право на ежегодные «уроки» или жалованье «из чети» и стали называться «четвертчиками».

Грозного смело можно назвать царем-реформатором. В его правление проведены: церковная реформа (Стоглавый собор), военная реформа (укрепление вооруженных сил), правовая реформа (Судебник 1550 г.), административная реформа (упорядочивание приказов), реформа местного самоуправления (ограничение местничества, передача функций от кормленщиков к выборным лицам), денежная реформа (создание единой монетарной системы в стране)… Смысл всех преобразований — укрепление самодержавной власти.

ЧТО БЫЛО СДЕЛАНО

В 40-50-е гг. Иван Грозный проводил свою политику совместно с кружком доверенных лиц, Избранной радой. В 1550 г. был созван первый Земский собор – выборный высший сословно-представительный орган. На Земском соборе было решено провести следующие реформы: военную, судебную, церковную, реформу центрального и местного управления.

Читайте так же:  Собор святого мартина братислава

Военная реформа:

1) проведено укрепление вооруженных сил страны. Ядро армии теперь составляло дворянское ополчение, которое должно было стать опорой власти самодержца;

2) составлено Уложение о службе, согласно которому дворянин мог служить с 15 лет, служба передавалась при этом по наследству;

3) в 1550 г. было создано постоянное стрелецкое войско, которое в конце XVI в. являлось мощной боевой силой Российского государства.

Судебная реформа

В 1550 г. был издан «Судебник» – свод законов, предусматривающих усиление централизованной власти.

Церковная реформа

Перемены, связанные с централизацией государства, отразили решения созванного в 1551 г. по инициативе царя и митрополита Собора русской церкви.

Его назвали Стоглавом, так как его решения были сформулированы в 100 главах.

Стоглавый собор: 1) оформил общерусский список святых;

2) проверил церковные книги;

3) унифицировал богослужение и все церковные обряды.

Реформа центрального и местного управления (губная реформа)

Она была проведена в середине 1550-х гг., в соответствии с ней власть на местах переходила к губным и земским старостам.

В целом реформы Ивана Грозного, проведенные в 1550-е гг., способствовали укреплению процесса централизации Российского государства, были направлены на усиление власти царя.

СОБОРОМ ПО БОЯРАМ

3 февраля сыграна была свадьба. А 21 июня вспыхнул невиданно сильный пожар, какого еще не бывало в Москве. Распространился слух, будто Москва сгорела благодаря волшебству. Чародеи по указке Глинских якобы вынимали сердца человеческие, мочили их в воде, водою этой кропили по улицам. Юрий Глинский был убит чернью прямо в Успенском соборе. Толпа черни явилась в селе Воробьеве к царскому дворцу с криком, чтоб государь выдал им свою бабку Анну Глинскую и дядю, князя Михаила, которые будто бы спрятались у него в покоях. Иван велел схватить крикунов и казнить; на остальных напал страх, и они разбежались.

Но с этого времени Глинские совершенно потерял свое влияние на царя. На смену им пришел священник Благовещенского собора Сильвестр и царский ложничий Алексей Федорович Адашев. Современники приписывали эту перемену потрясению, пережитому царем во время восстания. Курбский писал, что в этот момент Иван совершенно растерялся и что Сильвестр внезапно явился перед ним и в страстной речи ярко обрисовал Ивану печальное положение московской жизни, указал на причину его — пороки самого царя, пригрозил будущими Божественными карами и таким образом произвед в Иване сильный нравственный переворот. Возможно, свидетельство Курбского — преувеличение, но несомненно, что Сильвестр и Адашев появились рядом с царем сразу после мятежа. Грозный имел характер нервный и впечатлительный. В любви и ненависти он не знал никакого удержу, часто попадал под сильное влияние своих приближенных и начинал смотреть на жизнь их глазами.

Влияние Сильвестра в целом оказалось благотворным. Постепенно вокруг молодого царя сложился просвещенный кружок, который Курбский называл «Избранной радой». Кроме Сильвестра, Адашева, князя Андрея Курбского в него вошли князья Воротынский, Одоевский, Серебряный, Горбатый, Шереметьевы и другие.

Под влиянием окружения он в 1550 году решился на новый в русской истории шаг — созыв первого Земского собора. «На двадцатом году возраста своего, — говорится в Степенной книге, — видя государство в великой тоске и печали от насилия сильных и от неправд, умыслил царь привести всех в любовь. Посоветовавшись с митрополитом о том, как бы уничтожить крамолы, разорить неправды, утолить вражду, призвал он собрать свое государство из городов всякого чина». Когда выборные съехались, Иван в воскресный день вышел с крестом на Лобное место и. после молебна начал говорить митрополиту: «Молю тебя, святый владыко! Будь мне помощник и любви поборник. Знаю, что ты добрых дел и любви желатель. Сам ты знаешь, что я после отца своего остался четырех лет, а после матери осьми лет; родственники обо мне не заботились, а сильные мои бояре и вельможи обо мне не радели и самовластны были, сами себе саны и почести похитили моим именем и во многих корыстных хищениях и бедах упражнялись. Я же был словно глухой и не слышал, и не имел в устах моих обличения по молодости моей и беспомощности, а-они властвовали». И, обратившись к присутствовавшим на площади боярам, Иван бросил им запальчивые слова: «О неправедные лихоимцы и хищники и судьи неправедные! Какой теперь дадите нам ответ, что многие слезы воздвигли на себя? Я же чист от крови сей, ожидайте воздаяния своего». Потом, поклонившись на все стороны, царь продолжил: «Люди Божие и нам дарованные Богом! Молю вашу веру к Богу и к нам любовь. Теперь нам ваших прежних бед, разорений и налогов исправить нельзя вследствие продолжительного моего несовершеннолетия, пустоты и неправд бояр моих и властей, бессудства неправедного, лихоимства и сребролюбия. Молю вас, оставьте друг другу вражды и тягости, кроме разве очень больших дел: в этих делах и в новых я сам буду вам, сколько возможно, судья и оборона, буду неправды разорять и похищенное возвращать».

В тот же самый день Иван пожаловал Адашева в окольничие и при этом сказал ему: «Алексей! Поручаю тебе принимать челобитные от бедных и обиженных и разбирать их внимательно. Не бойся сильных и славных, похитивших почести и грубящих своим насилием бедным и немощным; не смотри и на ложные слезы бедного, клевещущего на богатых, ложными слезами хотящего быть правым, но все рассматривай внимательно и приноси к нам истину, боясь суда Божия; избери судей праведных от бояр и вельмож».

Никаких других известий о первом Земском соборе не осталось, но по ряду косвенных признаков можно видеть, что дело не ограничилось одним выступлением царя, а возбуждено было и много практических вопросов. Царь велел боярам помириться со всеми христианами царства. И действительно, вскоре после этого дано было предписание всем наместникам-кормленщикам покончить спешно мировым порядком все тяжбы с земскими обществами о кормлениях. На Стоглавом соборе в 1551 году Иван говорил о том, что предыдущий собор дал ему благословение на исправление старого Судебника 1497 года и на устройство по всем землям своего государства старост и целовальников. Значит, Земский собор 1550 года обсуждал целый ряд законодательных мер, имевших целью перестройку местного управления. Этот план начинался срочной ликвидацией всех тяжб земства с кормленщиками, продолжался пересмотром Судебника с обязательным повсеместным введением в суд выборных старост и целовальников и завершался пожалованием уставных грамот, вообще отменявших кормления. В результате этих мер местные общины должны были освободиться от мелочной опеки бояр-наместников, сами собирать подати и сами творить суд. Известно, что именно кормления, неправедные суды и неконтролируемый сбор податей стали к середине XVI века настоящим бичом русской жизни. О многочисленных злоупотребления: бояр-наместников при отправлении своих обязанностей сообщаю все источники этого времени. Отменив кормления и создав независимые общинные суды, Иван попытался уничтожить зло, пустившее глубокие корни в русском обществе. Все эти меры вполне соответствовали новому умонастроению царя и вытекали из его речи, произнесенной перед всем народом в 1550 году. Однако грамоты, по которым волостям давалось право управляться обоими выборными властями, были откупными. Волость известной суммой, вносимой в казну, откупалась от наместников; правительство давало ей право откупиться вследствие ее просьбы; если же она не била челом, считала для себя невыгодным новый порядок вещей, то оставалась при старом.

В следующем 1551 году для устройства церковного управления и религиозно-нравственной жизни народа созван был большой и церковный собор, обыкновенно называемый Стоглавым. Здесь был представлен новый Судебник, бывший Исправленной и распространенной редакцией старого дедовского Судебника 1497 года.

ЕДИНОЛИЧНО

Участие Ивана IV Bасильевича в государственной деятельности начинается с создания так называемой «Избранной рады» (1549), фактическим руководителем которой был А. Адашев. Разнородное по составу правительство Ивана IV стремилось к укреплению самодержавной власти и усилению централизации государства. В этих целях в 1549-1560 гг. были проведены реформы в области центрального и местного управления, права, армии и т. д., которые отражали интересы всех феодалов и явились своеобразным компромиссом между широкими кругами дворянства и феодальной знатью.

Участие Ивана IV в государственной деятельности значительно усилилось после падения «Избранной рады» (1560). Он единолично проводит линию деда Ивана III и отца Василия III на укрепление самодержавной власти, опираясь на дворянство и верхушку горожан.

«ПРАВИТЬ С ГРОЗОЙ»

С конца 40-х годов Ивана захватили смелые проекты реформ, взлелеянные передовой общественной мыслью. Но он по-своему понимал их цели и предназначение. Грозный рано усвоил идею божественного происхождения царской власти. В проповедях пастырей и библейских текстах он искал величественные образы древних людей, в которых «как в зеркале старался разглядеть самого себя, свою собственную царственную фигуру, уловить в них отражение своего блеска и величия» (В.О. Ключевский). Сложившиеся в его голове идеальные представления о происхождении и неограниченном характере царской власти, однако, плохо увязывались с действительным порядком вещей, обеспечивавшим политическое господство могущественной боярской аристократии. Необходимость делить власть со знатью воспринималась Иваном IV как досадная несправедливость.

Читайте так же:  Собор в турове

В проектах реформ царю импонировало прежде всего то, что их авторы обещали искоренить последствия боярского правления.

Не случайно резкая критика злоупотреблений бояр стала исходным пунктом всей программы преобразований. Грозный охотно выслушивал предложения об искоренении боярского «самовольства». Такие предложения поступали к нему со всех сторон. Чтобы ввести «правду» в государстве, поучал царя Пересветов, надо предавать «лютой смерти» тех еретиков, которые приблизились к трону «вельможеством», а не воинской выслугой или мудростью. Пересветову вторил престарелый осифлянский монах Вассиан Топорков. Его советы, по мнению Курбского, подготовили почву для последующих царских гонений на бояр. Фамилия Топорков дала Курбскому повод для мрачного каламбура. «Топорок, сиречь малая секира, — говорил он, — обернулся великой и широкой секирой, которой посечены были благородные и славные мужи по всей Великой Руси».

Советы «править с грозой» пали на подготовленную почву, но царь не мог следовать им, оставаясь на позициях традиционного политического порядка. В этом и заключалась конечная причина его охлаждения к преобразовательным затеям.

Дворянские публицисты и практически все без исключения дельцы рисовали перед Грозным заманчивую перспективу укрепления единодержавия и могущества царской власти, искоренения остатков боярского правления. Но их обещания оказались невыполненными. На исходе десятилетия реформ Иван пришел к выводу, что царская власть из-за ограничений со стороны советников и бояр вовсе утратила самодержавный характер. Сильвестр и Адашев, жаловался Грозный, «сами государилися, как хотели, а с меня есте государство сняли: словом яз был государь, а делом ничего не владел».

В своих политических оценках Иван следовал несложным правилам. Только те начинания считались хорошими, которые укрепляли единодержавную власть. Конечные результаты политики правительства реформ не соответствовали этим критериям.

Царь кончил тем, что отрекся от реформ, над осуществлением которых он трудился вместе с Адашевым в течение многих лет.

Важным шагом Избранной Рады было образование нового сословно-представительского органа власти — Земского собора. В его состав входили Боярская дума, освящённый собор — представители высшего духовенства, представители дворянства и верхушки посада. Обычно дворяне составляли большую часть собора. Относительно Земских соборов специальных законов принято не было — организация выборов в них, нормы представительств от различных сословий, их численный состав были неопределёнными. Созыв объявлялся специальной царской грамотой, которая в какой-то мере определяла и порядок выборов. Царь и Боярская дума подготавливали вопросы, подлежавшие обсуждению на Земском соборе (вопросы, как правило, относительно внешней политики, финансов и законодательства). Поставленные вопросы представители каждого из сословий обсуждали отдельно и выносили своё суждение. Решения же должны были приниматься всем составом Собора. По принятому решению оформлялся «приговор», специальный соборный документ. Царь не обязан был в своей политике руководствоваться решениями Земских соборов (как и созывать их). Но его политика зависела от поддержки господствующих сословий, входящих в состав Земского собора. Фактически Земские соборы как бы ограничивали власть царя, но в тоже время они её всемерно укрепляли.

Первый Земский собор был созван в 1549 году. Он принял решение составить новый Судебник (утверждён в 1550 г.) и наметил программу реформ.

Судебник 1550 года.

Основой нового Судебника стал Судебник 1497 г. Он подтверждал основные положения старого Судебника. Главные его изменения связаны с усилением центральной власти. В нём подтверждалось право перехода крестьян в Юрьев день, и была увеличена плата за «пожилое». Теперь феодал отвечал за преступления крестьян, что усиливало их личную зависимость от господина. Впервые было введено наказание за взяточничество государственных служащих.

В Судебнике явно видны два источника судопроизводства: государственный и земский.

Государственное правосудие и управление сосредотачивается в столице, где существуют чети, или приказы, к которым приписаны русские земли. «В них судят бояре или окольничие, дьяки ведут дела, а под ведомством дьяков состоят подьячие. В областях — судебное и административное деление на города и волости». «В них управляли наместники и волостели, которые могли быть с боярским судом (с правом судить подведомственных им людей, подобно боярам в своих вотчинах) или без боярского суда. Они получали города и волости себе «в кормление», т.е. пользование. Суд для них был доходною статьёю, но это был собственно доход государя, который передавал его своим слугам вместо жалованья за службу. Там, где они сами не могли управлять, посылали своих доверенных и тиунов. На суде наместников были дьяки и разные судебные приставы с названиями праветчиков (взыскателей), доводчиков (звавших к суду и также производивших следствие), приставов (которые стерегли обвинённых) и недельщиков (посылаемых от суда с разными поручениями)» Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей — М.: Эксмо, 2006, с. 206.

Земское правосудие и управление представлено было в городах — городовыми приказчиками и дворскими, в волостях — старостами и целовальниками. Земские старосты делились на выборных полицейских выборных судебных. Население было разделено на сотни и десятки и выбирали себе блюстителей порядка — старост, сотских и десятских. Они ведали денежными и натуральными повинностями и вели разметные книги, где записывали всех жителей с дворами и имуществом. Старосты и целовальники выбирались волостями. Они должны были присутствовать на суде наместников и волостей. Все дела в суде писались в двух экземплярах (если было необходимо, проверялось соответствие их друг другу). У Земских старост были свои дьяки, занимавшиеся письмоводством, а у дьяков свои земские подьячие.

Важные уголовные дела подлежали особым лицам — губным старостам, которые избирались всем уездом (город с волостями) из боярских детей. Губные старосты были наделены большой властью и занимались судопроизводством по разбоям (некоторые местности получили своих губных старост ещё при малолетстве Ивана 1У).

Судебник устанавливал порядок ограждения народа от произвола наместников и волостелей. Последние, в случае жалоб на них, подвергались суду. Выборные судьи могли посылать за людьми наместников и волостелей приставов, и если наместники и волостели взяли кого-либо под стражу и заковали, не заявивши о том выборным судьям, последние имели право силою освободить арестованных. Только служилые государевы люди подлежали одному суду наместников и волостелей. Судебник вводил только двоесудие. Но он же намечал последующее увеличение роли выборных органов. В последствии, Уставные грамоты, дававшиеся постепенно различным русским землям, давали перевес в суде выборному началу. «Мало-помалу управление наместников и волостелей совершенно заменялось предоставлением жителям права самим управляться и судиться посредством выборных лиц за взносимую в царскую казну как бы откупную сумму оброка» Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей — М.: Эксмо, 2006, с. 208. Наконец в 1555 году эта мера сделалась всеобщей, а в 1556 году кормления были отменены.

В Судебнике подробнее были регламентированы вопрос о розыске «лихих» людей и судебный процесс. Выборное право суда и управления развивало общественные сходбища. Все сословия — князья, дети боярские, крестьяне всех ведомств, присылали из своей среды выборных на сходбища, где председательствовал губной староста. Каждый мог и обязан был говорить на них, указывать на «лихих» людей и предлагал меры к их обузданию. Дьяк записывал такие речи (они принимались в руководство при поисках и следствиях). Очень важное значение получил обыск. Если по обыску показывали, что человек дурного поведения, то его подвергали пытке. Обыск был решающим фактором по делам, не имеющим ни сознания, ни улик. Судебник допускал поле, или судный поединок, но обыск в значительной степени вытеснял его из судопроизводства. Для предупреждения злоупотребления при обыске было введено наказание за это в виде смертной казни По Судебнику наказания за уголовные преступления были: денежная пеня (штраф), заключение в тюрьму, торговая казнь (кнут) и смертная, постигавшая разбойников, государственных изменников, зажигателей, церковных татей и пр.. В последствии (после распада Избранной Рады), обыск потерял свою значимость, одобренных по обыску можно было предавать пытке и казнить на основании показаний, данных под пыткой. Должников же по Судебнику подвергали правежу — битьё должника всенародно по ногам палками — он мог продолжаться месяц за сто рублей долга, по истечении этого срока его выдавали заимодавцу головою, и он должен был отслужить свой долг работою Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей — М.: Эксмо, 2006, с. 209.

Судебник увеличил число деяний, признаваемых преступленными.

Тяжесть наказания иногда напрямую зависело от социального положения потерпевшего (например, в статьях о бесчестье). За оскорбление боярин получал 600 руб., дьяк — 200, дети боярские — сообразно получаемому на службе доходу, гость (первостатейный купец) — 50, посадский купец — 5, волостной человек, крестьянин — 1. Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей — М.: Эксмо, 2006, с. 209

Судебник содержал статьи, направленные на уменьшение числа холопов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *